НИ ИЗБЫ, НИ ХАТЫ

… по поводу того, как соотносятся и украинская в контексте перевода мультфильма, снятого по русской народной сказке “Маша и медведи”. Вы пишете, что в любом русско-украинском словаре “” переводится как “”. Да, я туда заблаговременно заглядывал: именно так. А заглядывали ли Вы в украино-русские словари? Например, в академический “Українсько-руський словник”. Там есть обратный перевод “хати” в “избу”. Есть, но с весьма существенным примечанием: “не точно – о крестьянском жилище”.

Причина кроется в том, что в русском языке слово “хата” есть, а в украинских словарях слова “изба” нет. Вообще такая асимметрия в лингвистике обычное дело, но дело не только в лингвистике. Русское слово “хата” близко, но не тождественно украинской “хате”. По крупному счету смысл слов, конечно, одинаков (крестьянское жилище), но смысловые нюансы разные.

Вы цитируете толковый словарь русского языка С.И.Ожегова, где сказано, что хата – это крестьянский дом в украинской или южнорусской деревне. Но ведь Маша в переведенном мультике говорит уже по-украински, а не по-русски! Значит нужно смотреть не в русский словарь Ожегова, а в украинские словари. Те самые, где есть предупреждение о неточности перевода хата – изба.


Здесь не всё так просто, давайте разберемся. Фольклорная русская Маша встретила фольклорных медведей (сам медведь является символом Руси) не НА Украине, и даже не на юге России, крае, как известно, преимущественно степном (там, где согласно Ожегову есть хаты). Сказочная Маша встретила медведей, конечно же, в дремучих русских лесах. Там, где стоят высокие русские терема со спящими царевнами, где избушки поскрипывают на курьих ножках. Вспомните гениальное пушкинское: “Там царь Кащей над златом чахнет, там русский дух, так Русью пахнет!”.

Замените “избушку на курьих ножках” на “хатинку на курячих ніжках”, чем после этого будет пахнуть? На мой взгляд – дурным литературным вкусом. Это в лучшем случае. А скорее – запахнет бройлерными “ножками Буша”, ненавязчиво подсказывающего как Украине нужно строить отношения с “северным соседом”.

В русском языке слово “хата” прописано очень прочно, и смысл его однозначен. Когда мы слышим песню “Враги сожгли родную хату…”, то никому не придет в голову, что поётся о трагедии псковского крестьянина. Ясно, что потерявший семью фронтовик был родом с Украины или, скажем, из кубанских или донских степей. Очевидно также, что герои песни “Будьте здоровы, живите богато, а мы уезжаем до дому, до хаты” не собираются возвращаться на Урал, они – земляки того фронтовика.

Я отыскал четыре варианта перевода на русский язык стихотворения Т.Г.Шевченко “Садок вишневий коло хати”. Никто из переводчиков и не помыслил поменять “хату” на “избу”. Это было бы нелепо. Вот один из вариантов:

Вишневый садик возле хаты,
Шмели над вишнями гудят.
И пахари еще не спят,
И с песнями идут девчата.
Их мамы за столом сидят.
Именно так, в переводе на русский, и знакомились с творчеством великого Кобзаря школьники всей необъятной Советской страны. Не только РСФСР, но и той же Грузии или Литвы. Был в школах такой обязательный курс – “Культура братских народов СССР”. Русский язык служил мостом для взаимного обогащения культур. Но подобная “обязаловка”, разумеется, является явным признаком тоталитаризма. Теперь школьники свободных от империи бывших советских республик, свободны от знания Шевченко-поэта. О футболисте-Шевченко они ещё, может быть, знают…

Но вернемся к первоисточникам. Конечно, при переводе всегда теряется часть очарования оригинала, здесь жертвы неизбежны. Однако, если по Вашей, Петр Васильевич, логике “хата” и “изба” одно и то же, то следует переводить “вишневый садик возле избы”. Вам так больше нравится?

Может возникнуть закономерный вопрос: почему в современных украинских словарях нет слова “изба”, в то время как есть экзотичные “вигвам”, “иглу”, “юрта”, “чум”, “яранга”, “сакля”? Причем пишутся они точь-в-точь, как и на русском языке. Дело здесь вот в чём. Сравнительный анализ близкородственных языков, какими являются украинский и русский, в некоторых аспектах сложнее анализа далеких языков. Вмешиваются внелингвистические факторы, например, пресловутая “политколлектность”.

Кавказскую саклю в принципе можно перевести как “хату”, индейский вигвам, чукотский чум, ярангу и азиатскую юрту можно перевести как “шатёр” (укр. – шатро, намет), эскимосскую иглу описать как “снежную пещеру”. Но такое желание обычно не возникает, поскольку потери при переводе будут слишком велики. Эти понятия целесообразнее не трогать, а обозначающие их слова транслитерировать, то есть записать буквами родного алфавита. Так, например, после “мыльных” сериалов типа “Рабыня Изаура” и “Богатые тоже плачут” русский и украинский языки “обогатились” новым словом “фазенда”. Ироничные кавычки связаны с тем, что “фазендами” у нас стали сплошь и рядом называть (опять же – иронично) собственные садово-дачные участки. Но и на самом деле слово “фазенда” вошло в наши славянские языки: отныне с его помощью можно гораздо точнее, чем раньше описать дух богатого латиноамериканского поместья. Раньше пришлось бы подыскивать приемлемый аналог (усадьба, например), что всегда хуже.

А вот русской “избе” из близкородственного языка не повезло. Есть искушение подменить её “хатой”. Пусть “не точно”, как пишут в словаре современные украинские лингвисты, но в принципе можно. Ведь это тоже крестьянское жилье в условиях близкого климата. Очень грубой ошибки нет, вполне допустимо, хотя и нежелательные потери налицо. Об этом я совершенно ясно написал в своей статье, так что не нужно ломиться в распахнутые двери избы-хаты, доказывая очевидное, что эти понятия совместимы друг с другом. Да, они совместимы, но не тождественны…

ПЕРВОИСТОЧНИК